Истории ребят из студотряда «Томич»

Тишина в палатах интенсивной терапии обманчива. За этим спокойствием — сотни сигналов мониторов, секунды, от которых зависит жизнь, и люди, которые каждую смену учатся держать равновесие между рутиной и чрезвычайным. Екатерина Королёва из Красноярска знает, что в медицине нет «неважных» задач. И её опыт — лучшее тому доказательство.

Катя, расскажи, как вообще ты оказалась в этой больнице? Это ведь не просто «пришла на практику», тут настоящая рабочая смена.
Да, это не первый мой опыт работы, я уже имела представление об онкологии. А сюда мы с парнем вместе приехали — мы в студенческих отрядах познакомились, уже год встречаемся, и как-то синхронно захотели именно сюда. Решили, что будем держаться рядом.

Кем ты хочешь стать?
Я хочу стать детским оториноларингологом. Это самое интересное для меня. И вижу себя именно на приёме в поликлинике. Не в реанимации, не в операционной, а именно там, где день за днём помогаешь обычным детям.

А что тебя вообще тянет именно в детскую медицину? Ведь работа с детьми — это отдельный темперамент: они не всегда могут объяснить, что болит, да и плакать будут.
Я много времени своей жизни провожу с детьми и хочу дальше с ними работать. Пять лет ездила вожатой в лагерь — и знаешь, там самое крутое, когда ребёнок сначала грустный, замкнутый, а через неделю уже бежит к тебе, всё рассказывает. Вот и в медицине хочу видеть этот переход.

Расскажи про самое начало суточной смены — что происходит в первые утренние часы в кардиореанимации?
В четыре утра мы уже на ногах. Сначала меняем постельное бельё, аккуратно обтираем пациентов, помогаем им сменить положение — это важно, чтобы не было осложнений. Потом ставим воду, следим, сколько человек пьёт, и записываем показатели на посту.

В отделении ты одна из самых молодых — как пациенты в целом выстраивают с тобой контакт?
Мне кажется, они просто видят, что мы стараемся и им становится спокойнее. Иногда даже подбадривают: «Ты молодец, не переживай, всё получится». Это очень помогает.